Лукин высокомерно улыбнулся и произнес с той ленцой, которую умело используют опытные спорщики:

— Передергиваете, батенька… На самом деле я всего лишь напоминаю: мы так упорно боролись за права негров, что практически с ними сравнялись… Пора притормозить.

— Я знаю, откуда эти шуточки! — тоном государственного обвинителя заявил Степаныч. — Ты их из Интернета скачиваешь!

Федя пожал плечами:

— Орел не ловит мух. Аквила нон каптат мускас по-латыни.

— Не знаю я, кто там кого каптат и куда, но вот если ты сейчас же не займешься делом, я тебя выпивки лишу!

— Ну, ты и садист! — усмехнулся Лукин.

— Ладно, хватит трепаться, дело есть на сто миллионов, — прервал их дискуссию Злобин. — Ну может не на сто, но на десять тысяч баксов потянет… В перспективе…

Спорщики замолчали и с интересом уставились на Витька.

— Так вот, — продолжал Злобин, — тут такая фишка… На меня вышел один завхоз из санатория под Москвой, зовут Русланом. Ему надо ударно цукер в столицу подтянуть. А поставщица завязла в Ростовской области. У нее машина сломалась, водила забухал, а там полный беспредел на дорогах творится: не пацаны, так менты три шкуры дерут за проезд по дороге. А у бабы с аусо вайсом запарка: товар из армейских заначек. В общем, дело не в сахаре, ей сопровождение нужно.

— Фи, коллега, — скривил физиономию Федор. — Что-то опять тебя на феню потянуло. К тому же это не стоит десяти тысяч баксов.

— Молчи, консильери хренов, — грубо одернул его Витек и обратился непосредственно к Белову-_ Руслан обещал тонну баксов сверху, слово джентльмена. В общем, Сань, нужны документы и твои связи, чтобы грузовику дали проехать. Причем срочно: сейчас тут у нас самый сенокос по части варений на зиму. Народ цукер мешками тащит.